На рынках геополитика меняется на геоэкономику

Геополитические риски медленно, но верно уступают место геоэкономическим. Прошедшая неделя была, наверное, первой за целый год, когда слово «Украина» звучало в деловой прессе реже слова «Греция», и на то были и есть веские основания. Новости с точки зрения их влияния на рынки, безусловно, имеют конкурирующую природу. Хотя пресловутый «греческий вопрос» многие пытаются – весьма неуклюже – задвинуть на задний план, объясняя своё спокойствие сакраментальной фразой, что-де «всё-равно ничего не случится», однако здравомыслящих инвесторов в последнее время стало всё больше напрягать отсутствие конкретных доказательств того, почему именно с Грецией и незыблемостью её членства в Евросоюзе и еврозоне, на самом деле ничего не случится?

В четверг и пятницу со стороны представителей «Старой Европы» звучали отчётливо резкие высказывания в адрес Греции, поскольку – и это становится всё более и более очевидно – договориться ни о чём конкретном конфликтующим сторонам не удалось, да и, судя по всему, вряд ли удастся.

По поводу негативного влияния «греческой истерии» на курс евро не говорят только ленивые, а греческие долговые бумаги и акции болтает из стороны в сторону словно матроса на палубе в шестибалльный шторм – с этими вещами всё ясно без лишних слов. Но возникает более интересный вопрос: какие другие, непосредственно не вовлечённые в процесс, классы активов испытают существенные курсовые изменения в случае выхода опального государства из еврозоны?

Во-первых, в Европе, очевидно, вырастет спрос на местную «безопасную гавань» – германские суверенные и корпоративные бонды, даже несмотря на начало проведения ЕЦБ полномасштабной программы «количественного смягчения», которое намечено на 1-е марта. Во-вторых, страх потерять накопления на ускоренной девальвации евро и неминуемой потере ликвидности многими греческими банками простые греки (а вместе с ними с большой вероятностью и другие народы стран группы PIGS), чисто по наитию, неминуемо подхватят и возведут на новые вершины идею китайцев покупать золото. Можно было бы возразить – мол, а почему именно золото, а не американский доллар? На самом деле, в Европе хождение доллара, как известно, – весьма вялое, хотя и законодательно не ограниченное. Для открытия депозитов в долларах грекам пришлось бы обращаться в американские банки. Они, конечно, готовятся к такому повороту, однако в случае мощного наплыва толпы последние будут не в состоянии удовлетворить весь спрос.

Иными словами, у доллара в данной ситуации появляется старый знакомый конкурент – золото. То, кто из двоих выйдет победителем в этой борьбе, зависит, в первую очередь, от активности возвращающихся на работу после праздников китайских трейдеров, а во-вторую – от риторики ФРС в плане шансов на повышение процентных ставок уже в этом году. Учитывая слабость американской макростатистики последних недель, можно предположить, что Федрезерв будет и дальше осторожничать с объявлением конкретных сроков и всё больше склоняться к фразам вроде «поживём – увидим».

Далее всё зависит от а) реальной силы дефляционных процессов в экономике США (см. наш еженедельный обзор на английском языке «Deflation May be Already Knocking on the (Safe) Haven’s Door»); б) готовности большей части инвесторов в противном случае закрывать глаза на признаки курсовой перегретости, а также отсутствия депозитной привлекательности американской валюты. Похоже, «перетягивание каната» всё же будет иметь место, и борьба, как минимум, будет волатильной, а значит – зрелищной.
___________
Владимир Рожанковский,
Директор аналитического департамента,
ИГ «Норд-Капитал»